проект:    архи.всё -> энтропия
   Теория Хаоса Прозаические миниатюры
Центр Исследования Хаоса Энтропия
Архитектурный журнал
прессслужба


Лекции
Строительство

 

Синдром одиночества мегаполисов.

Прежде… чем… случается нечто, что призвано изменить направление роста травы и ход времени в песочных часах пустыни, овеваемой древним, многовековым ветром, облетающим планету тысячи раз, прежде чем… случается нечто, что призвано остановить движение светил в обруче Млечного пути и обрушить на крошечный мир у края грандиозного, плывущего сквозь материю вселенной рукава Галактики проклятие необратимых перемен…. Прежде чем солнце встает над прозрачным городом и пронзает лучами переплетения стеклянных стен и цветных полотен…

Прежде чем что либо случается с нами, всегда случается нечто такое, что предупреждает об этом, готовит, простирает свои нитеобразные руки в пространстве и времени и затрагивает каждую струну, натягивая ее до предела. Навстречу летят рассекающие тьму огни встречных фар, дыхание вырывается в звездное небо холодными завитками, а я иду по дороге, по кромке асфальта, старательно обходя зеркальные лужи и глядя в глаза десятков светящихся окон, в которых – в каждом, - теплится чей-то огонь. Жизнь ли это? Может быть, для кого-то – да, - уход от повседневной замкнутости, выход за кольцо, по которому белка бежит из боязни быть раздавленной колесом. Для кого-то это выбор и вызов, бегущая, стремительно текущая по проводам энергия, пульсацией вырывающаяся на экраны мониторов и телевизоров – вечный поиск идеального, ледяного, равнодушного Бога, который, возможно, снизойдет и узрит существования смертных и исполнит последнее, единственное обещание: вживить в хрусталики розовые линзы или хотя бы помочь закрыть глаза на то, на что порой закрыть их просто не хватает сил. Какие они там? Чужие люди, элементы прекрасной, неописуемой мозаики взаимоотношений смысла и реальности. Я не знаю. Но одному лишь шансу представить себя на их месте, - хотя бы на секунду, в игривом, переменчивом и капризном воображении, - я должна быть безмерно благодарна, потому что этот шанс подарен мне самой природой.

Кто-то идет навстречу, мы коротко встречаемся взглядами, и он, - кто-то, - навсегда исчезает из моей жизни за спиной, унося за собой почти неощутимый шлейф стремящихся в бесконечность мыслей. В кармане куртки ритмично дрожит телефон, и я осторожно извлекаю его на волю. Он будто живой, чего-то требует, на что-то надеется, ожидает, когда телефонная справедливость коснется и его, уравнивая в правах с другими на получение столь желанного внимания. Вспыхнувший дисплей высвечивает короткие, странные строчки.

«Ti sei4as idesh po ulice i dumaesh 4to stanet s toboy zavtra? Ne stoit. Zavtra eshe ne nastupilo.»

И правда, думаю я. А ведь завтра еще ни разу не наступало. Все, чем мы живем, наступает и прекращается сегодня.

 

Уникальность.

Боюсь, ни в чем нет того смысла, которого мы ждем, глядя в вечность. Боюсь, нет вечности, куда мы глядим в поисках смысла. Боюсь, трех китов, удерживающих диск Земли на своих блестящих спинах, никогда не существовало, а если бы мы прошлись по коперниковской круглой Земле, мы бы свалились в пропасть безбрежного океана, что столетие за столетием вспенивают колоссальные хвосты этих китов. Где мы живем? Танцующие куклы маленького театра. В этом мире кукол нет кукольника. Никто не дернет за нить, пронизывающую странную эфемерную субстанцию под названием «жизнь», если нога застыла над пропастью. Можно лишь обернуться и посмотреть, не дернет ли за эту нить кто-нибудь из других кукол. Театр теней. Танец теней, падающих из пустоты, освещенной лучами единственной звезды. Гуляющее эхо принуждает молчать, потому что если ты скажешь хоть слово, в силу своей необратимости оно может разрушить тебя до основания. Глаза видят то, что рисует художник, а художник рисует то, что видят его глаза… Неповторимый синтез. Рождает…

Уникальность.

Однажды я была на заводе, где клепают эту самую уникальность. Самый совершенный завод в мире, оснащенный лучшим оборудованием, мощнейшими биологическими компьютерами, составляющими формулы химических реакций. Полностью автоматизированный. Наверное, когда вселенский дух еще только метался над водою, этот завод уже приобрел статус автономного интеллекта и научился идти путем самостоятельной эволюции – разсинхронизированная система, которая вследствие самоорганизации стала интеллектуальной и полностью самодостаточной. Древнейший завод. Мало, кто побывал на нем. Кому посчастливилось там побывать. Хотя… Смотря что понимать под определением слова «счастье». Величайшее счастье и величайшее горе видеть, как твоих собратьев собирают на конвейере, и понимать, что твои ступни сошли оттуда же. Да? Многим из них все равно. Они умерли.

Провожатым стали Многие Поколения. И я, задумчиво покуривая сигарету, осматривала всю необъятность этого грандиозного беспредельного механизма. Прислушивалась к различным чувствам, бегущим по аксонным артериям. Сплетающиеся, плывущие в странных неподдающихся анализу оргиях, возникающие и растворяющиеся друг в друге, будто дым тлеющего огня – они составляли мозаику моих размышлений, не требующих ни единого слова для оформления. Не возникло вопроса, зачем я здесь, однако, возник ответ: мой путь привел меня сюда. Путь Многих Поколений, что шли по моим стопам, не отставая ни на шаг. Наверное, они и толкнули меня в эти сладкие грезы – грезы о понимании, о высшем контроле.

Да, возможно…. Чтобы дернуть за чью-то нить, нужно прежде всего узреть, какие нити пронизывают твою собственную «душу». К кому они тянутся. И кто из многотысячного окружения держит их в своих руках, ухмыляясь. Каждому по одной. Грустно ли? Да нет, чего грустного может быть в неоспоримом факте. Грустных фактов не бывает – бывает грустное к ним отношение, только и всего. Однажды я ухмыльнулась в ответ и дернула за эту нить – нить, за которою держали меня. В метрономно стучащем сердце наступила зловещая тишина, и тепло горячей патоки разлилось по его полостям, смешиваюсь с кровью. Тот, кто контролирует меня, неминуемо оказывается в одной со мной упряжке, в радиусе действия моей собственной власти. Чего грустного может быть в моем отношении к данному факту?

Разве только то, что подобная упряжка всегда имеет обратную силу… независимо от обстоятельств. И избавится от обратного эффекта можно лишь одним методом: вовремя разорвать…

Ее.

- Ну так расскажи что ли что-нибудь… - сигарета обидно закончилась, и во рту образовался привкус меди. Сего происшествия было уже не избежать: я стояла здесь, я видела эти колоссальные производственные цехи, поражающие воображение своей предельной чистотой и стерильностью, я ползала любопытным взглядом по диковинным механизмам, бесконечным конвейерным процессам. Солнечные блики играли на десятках стеклянных куполов, лучась квантовыми потоками света. Уходить, так и не поняв сути увиденного, было уже бессмысленно…

- Мне бы инструкцию по эксплуатации этой штуковиной…

- Видишь эти мелкие детали?

- Ага.

- И вон те, другие?

- Да.

- А эти?

- Вижу.

- Вон станки по их сборке. Вон сектор, где пишутся программы наборов, которыми мы руководствуемся, создавая очередной, рассчитываются все факторы и коэффициенты полезного действия.

- Вижу.

- Вот тебе и ответ.

Молчание.

- На какой вопрос?

- Как мы создаем уникальность. Разве не ты его задавала?

  . страницы:
1   
2  
>  
   
   
  . содержание:
       архи. трансформер ( развернуть и cвернуть )
      
  . архи.поиск:
  . архи.другое:
проект Которосль
  . архи.дизайн:
 
  Семён Расторгуев ©  рaдизайн ©


    © Кэндис Ясперс


    © 2007—2015, проект АрхиВсё,  ссылайтесь...
Всё.